Главная :: События, факты, мнения :: Публикации :: Первый шаг за государством: Губернатор Томской области Виктор Кресс рассказал об основных инвестиционных проектах и инициативах.

Публикации

Первый шаг за государством: Губернатор Томской области Виктор Кресс рассказал об основных инвестиционных проектах и инициативах.

Томская область – один из крупных нефтегазовых регионов, который диверсифицирует экономику. Бороться с зависимостью бюджета от одной отрасли здесь пришлось вынужденно, но это необходимо.

Томская область входит в десятку наиболее перспективных и интенсивно разрабатываемых нефтегазовых регионов России. Здесь открыто более 100 нефтяных, газовых и газоконденсатных месторождений. Пока нефть и газ в Томской области добываются на левом берегу реки Обь, которая делит область с юго-востока на северо-запад на две почти равные части. Вместе с тем правобережная часть области, примыкающая к богатым нефтью провинциям Красноярского края, может удвоить нефтегазовый потенциал территории. Одним из главных событий прошлого года в регионе считают получение первой нефти на Южно-Пыжинской площади в правобережье Оби. Это особенно важно, поскольку подтвердились прогнозы геологов и ученых 20-летней давности. Ведь когда несколько лет назад областная власть начала «пробивать» финансирование геолого-разведочных работ, находились скептики, говорившие, что это пустая трата денег. Но делать ставку только на угле­водородное сырье в Томской области не собираются. Губернатор Томской области Виктор Кресс рассказал об основных инвестиционных проектах и инициативах.

— Виктор Мельхиорович, для бюджета Томской области большое значение имеет нефтянка. Помимо старых месторождений на левом берегу Оби, открытых еще в 1960-х, нефть сравнительно недавно нашли и в право­бережье. Какие перспективы по добыче?

— Изыскания идут и продолжатся в будущем году. Под это деньги выделяются из федерального бюджета. Идет бурение скважин, одна скважина дала фонтан нефти. На прилегающей к ней территории, в принципе, можно и сейчас уже нарезать участки недр для выставления на аукцион, но риски приличные. Поэтому Министерством природных ресурсов принято решение еще несколько скважин дополнительно пробурить, провести сейсмические испытания, чтобы предоставить потенциальным недро­пользователям более понятную картину. А в конце 2009-го – начале 2010 года, думаю, начнется серьезная работа на участках. Реальная добыча пойдет в 2012–2013 годах. Но и это серьезный прогресс. Потому что еще два–три года назад было очень много скептиков. Будет — не будет... Но Южно-Пыжинская параметрическая скважина подтвердила правильность выбранной стратегической линии — в правобережье найдены и нефть, и газ.

— А что происходит с нефтянкой на левобережье, где идет основная добыча?

— По объемам плановые показатели мы выполним. Немножко не доберет «Томскнефть», дадут другие. Параллельно с добычей все недропользователи ведут разведку. В этом году мы прирастим запасы в больших объемах, чем добычи. В прошлом году прирост запасов был почти в четыре раза больше, чем добычи. Это уже хорошо. Потому что многие территории, в том числе и наша, в последние годы добывали больше, чем увеличивали запасы. Фактически проедали все то, что разведано в советское время.

— Как с «Роснефтью» решаются проблемы?

— Проблемы были, есть и будут. Это рабочая ситуация. «Роснефть» — большая компания, причем компания, которая быстро выросла. И наличие некоторых «но» в наших взаимоотношениях я связываю с проблемой роста. Объективно между любой территорией и такой крупной компанией или крупным производством есть противоречия. Но мы работаем над соглашением. В нормальном режиме. Кроме того, в программе развития отрасли в регионе мы рассчитываем на серьезный прирост «малышей». Их довольно много. Некоторые выйдут на три–пять миллионов тонн в год. В прошлом году мы просчитали потенциальные возможности «Русснефти», Восточной транснациональной компании, «Империал Энерджи», «Томской нефти» и других небольших компаний. Результат обнадеживающий — через два–три года наши малые недропользователи могут сделать рывок — станут добывать 30–40 и более процентов всей нефти в области.

— Уже несколько лет говорится о необходимости освоения Бакчарского железорудного месторождения. Какие есть подвижки?

— Да, здесь существуют проблемы. У «Метрополя» есть контрольный пакет, но они хотят больше. В самом начале было понятно, что «Метрополь» — портфельный инвестор. Это нас устраивало — нужно оформить и защитить запасы. Надежды эти сегодня не оправдываются. Я не склонен обвинять только «Метрополь», наверное, и наши структуры недорабатывают. Месторождение очень большое. По существу, это только название Бакчарское — а так оно расположено на территории Бакчарского, Молчановского, Колпашевского, Кривошеинского, Чаинского районов. Мы взяли направление, чтобы с разных сторон начинать наступление на месторождение. Есть «Метрополь», ведем переговоры и с иными компаниями. Появятся конкуренты, и работа пойдет по-другому. Но, конечно, о конкретных сроках говорить пока рано. Мы ставим задачу — в будущем году на одном участке защитить запасы. Потому что пока этого не произошло, говорить об освоении месторождения нельзя.

— Для Томска, который при строительстве Транссиба оказался в транспортном тупике, очень большое значение имеет проект Северо-Сибирской железной дороги. Что мешает его реализации?

— Это очень серьезный проект. Если взять Бакчарское месторождение или освоение нефтяного правобережья, то государство участвует на этапе разведки, а дальше не планирует ничего делать. Добыча и пере­работка — это уже прерогатива частного капитала. С СевСибом ситуация другая. Это инфраструктурный проект, за счет частников его не решить. Создадим корпорацию — а дальше что? Заявлено о необходимости строительства было нами, сибиряками. Услышано было в РЖД. Там руководство не против, это две с лишним тысячи километров, которые можно будет эксплуатировать. Но денег у РЖД на это сегодня нет. И у нас нет. И в Красноярском крае, и в Иркут­ской области. Здесь надо конструировать особую финансовую схему.

— Ваше понимание этой схемы?

— Только государственно-частное партнерство. Я неслучайно поставил на первое место определение «государственное». Первый шаг за государством. Во-первых, надо определиться по маршруту. Нижневартовском СевСиб закончиться не должен. Дорога должна через Ханты-Мансийский автономный округ дойти до Ивделя в Свердловской области. На проектирование должны быть направлены деньги Инвестфонда. Параллельно с этим формировать второй пул частных инвесторов, которые увидят и поймут свою выгоду. Магистраль может пройти по разным направлениям, «подцепить» месторождения. Может, не по прямой, а зигзагами, чтобы удовлетворить интересы бизнеса. Тогда он начнет активно включаться в этот проект. Но первый шаг за федеральным центром.

— В 2005 году Томская область победила в конкурсе на создание особой экономической зоны технико-внедренческого типа. Что сделано за это время?

— Сейчас у нас 25 резидентов. Местные, российские и зарубежные. Еще десять готовятся войти. Надеюсь, до конца года численность резидентов увеличится почти вдвое — до 40 или 50. Интерес с каждым днем все больше. Ввод первого производственного корпуса и проведение инновационного форума еще больше укрепят интерес. Помимо корпуса в этом году подведем все инженерные сети. За счет бюджетных средств мы намерены построить еще корпуса на 35–40 тысяч квадратных метров — деловой и выставочный, гостиничный и офисный. Также шесть–восемь резидентов готовы самостоятельно возводить свои корпуса уже сейчас. В перспективе в течение пяти–шести лет планируем вместе с частными инвесторами построить 600–700 тысяч квадратных метров офисных и производственных площадей.

— Бюджет отдачу чувствует?

— Напрямую отчислений нет, но мультипликативно мы их ощущаем. Например, подводим инженерные сети. Это же освоение средств — работа строителей, монтажников. Они зарабатывают деньги — НДФЛ уже вырос на 20 процентов выше планового. Дальше — дороги и развязки туда строим. Этот район становится очень привлекательным, капитализация земли там растет.

— В области планируется развивать малоэтажное строительство?

— Мы пока начали рассматривать земельные участки под строительство малоэтажного индивидуального жилья. Но есть множество нюансов. Чтобы было понятней, приведу пример. В начале 1990-х годов было выделено вокруг Томска около шести тысяч участков под индивидуальную застройку. Но анализ показывает, что многие тогда взяли землю исключительно ради перепродажи, и она перепродана уже пять–шесть раз, но дома на большом количестве участков так и не появились...

Сейчас вокруг Томска мы определили 25–30 тысяч участков. Если по обычной схеме выделять участки — нарезать, межевать, проводить аукцион, то кто купит эти участки? Опять те, кто скупает землю для перепродажи. И многие льготники захотят получить землю, но, опять же, чтобы перепродать. И снова будет чересполосица — один дом построят, а четыре участка бурьяном зарастут.

Поэтому мы сейчас ищем схемы, чтобы и законы не нарушать и чтобы землю могли получить люди, которые искренне мечтают о собственном доме.

— Томск издавна славится своими вузами. Как вы относитесь к тенденции создания на базе нескольких вузов так называемых федеральных университетов?

— Я нормально отношусь к созданию федеральных университетов. Но искренне беспокоюсь о том, чтобы не получился перекос в финансировании остальных высших учебных заведений. Особенно тех, которые действительно успешны, развиваются, чьи выпускники высоко котируются на рынке труда. Взять наши вузы. Просто объединять их нельзя — каждый университет имеет свое лицо, занимает свою нишу. При этом каждый из них имеет высокий рейтинг среди однопрофильных университетов страны. И что прикажете делать? Все сломать? А зачем? Во имя чего? Сегодня мы понимаем, что один федеральный университет на основе объединения существующих вузов нас не устроит, тем более что и четкого определения — что такое федеральный университет — пока нет.

В одной из своих публикаций министр образования и науки России Андрей Фурсенко объяснял, в каких направлениях будет идти модернизация высшей школы. В частности, что помимо создаваемых федеральных университетов часть российских вузов получит статус университетов исследовательских. А кроме этого, в стране будут созданы национально-исследовательские центры. И таких будет, цитирую: «Не более десяти».

Я пока не знаю, в какую группу попадут наши университеты, но я уверен в одном — нам нужно буквально костьми лечь и сделать все от нас зависящее для того, чтобы Томск и его вузы не остались на обочине и чтобы наш город стал одним из десяти центров, которые планируется создать — то есть центром науки, образования, инноваций мирового уровня. Ради этой цели мы и работаем!


Источник: Журнал «Эксперт-Сибирь»
Опубликована: 13 октября 2008 г.

Последнии публикации

25 июля Время «гринфилда». В Томске создают Центр биомедицины и биотехнологий

21 июня «Прорыв» на подступах к БРЕСТу

31 мая В Сибирь с Елисейских полей. Французские атомщики изучали опыт российских коллег

24 мая Умный архив. Как СИБУР на U-NOVUSе проблемы цифровизации решал

1 марта Росатом и Томская область расширили соглашение в сфере цифровизации